В Ереване с 2 по 5 декабря проходит Международный семинар «СолидАрт». Открытие семинара, посвящённого современному искусству и государственному управлению, сопровождалось официальными заявлениями представителей государственных структур, в том числе выступлением представителя Фонда Кино Армении Артака Погосяна. В его речи была представлена картина активно развивающейся, прозрачной и стратегически ориентированной организации, которая формирует государственную политику в сфере кинематографии, расширяет международное сотрудничество, поддерживает мастеров и молодых авторов, и реализует масштабные инфраструктурные проекты.
Однако внимательный анализ показывает заметное расхождение между публичной риторикой, законом и реальным состоянием отрасли.
Выступление представителя Фонда Кино Армении на открытии семинара создало впечатление институции, обладающей стратегическим статусом, широкими полномочиями и ведущей ключевые процессы развития национальной киноотрасли. Однако сопоставление озвученных тезисов с положениями Закона Республики Армения «О кинематографии» показывает, что значительная часть заявлений не соответствует действующей правовой модели управления отраслью.
Полномочия Фонда Кино Армении: расхождение с законом
Прежде всего, в выступлении фонд был представлен как структура, «формирующая стратегическое видение развития киноиндустрии» и «реализующая государственную политику». Однако закон устанавливает иное распределение полномочий. Согласно статье 8 Закона, государственную политику в области кинематографии разрабатывает и осуществляет уполномоченный государственный орган, то есть Министерство образования, науки, культуры и спорта, а не Фонд Кино Армении.
Статья 10 определяет Фонд Кино Армении как национальный орган, учреждённый государством, основной функцией которого является организация и проведение тендеров для предоставления государственного финансирования. Таким образом, фонд — это исполнительная, техническая структура, обеспечивающая реализацию программ, но не определяющая стратегические направления развития отрасли.
Прозрачность Фонда Кино Армении: принципы vs практика
Вторая часть выступления касалась принципов «открытости», «прозрачности» и «честности» в деятельности фонда. Закон действительно закрепляет эти принципы как базовые. Так, статья 4, пункт 3 прямо относит прозрачность государственного содействия к основополагающим принципам. Однако законом предусмотрены конкретные механизмы этой прозрачности — например, обязательные тендерные процедуры (статья 24), документирование решений, критерии оценки заявок, а также управляемость конфликтов интересов (статья 9, пункт 1).
Отсутствие публикации протоколов заседаний комиссий, своевременных отчётов, прозрачных критериев отбора проектов и данных о расходовании средств указывает на то, что процедурные обязательства, определённые законом, не реализуются в полном объёме. В данном случае несоответствие заключается не в оценке деятельности, а в том, что заявленные в речи ценности не подтверждены предусмотренными законом инструментами публичной подотчётности.
Отсутствие прозрачности подтверждается и тем, что с момента регистрации Фонда Кино Армении — 15 июля 2024 года — на официальном сайте так и не опубликована информация о структуре фонда и его должностных лицах. На запросы KиноПресс Фонд и Министерство отвечают ссылками на «технические работы» по обновлению сайта, при этом фонд без каких-либо затруднений продолжает размещать PR статьи о своей деятельности.
Кинореестр: норматив есть, исполнение отсутствует
Особое внимание в выступлении уделено национальному кинореестру и реанимации студии «Арменфильм». Однако и эти вопросы имеют чёткое правовое регулирование. В соответствии со статьёй 14 Закона, создание и ведение кинореестра является обязанностью национального органа, но осуществляется в установленном Правительством порядке. Такой порядок был утверждён Постановлением Правительства № 2127-N от 7 декабря 2023 года, которое регламентирует структуру реестра, категории данных, сроки их внесения и обязанность национального органа обеспечивать открытость информации через официальный веб-сайт.
Фактическая ситуация существенно отличается от описанной в выступлении. Несмотря на наличие правового регулирования, принятого два года назад, кинореестр ведется в Google таблице и выборочно, а прозрачность регистрации и предоствращение подмены информации не отрегулировано, соответственно сам ресурс не функционирует в форме, предусмотренной постановлением. Это означает, что проект, объявленный как реализованный («создаётся», «ведётся»), на практике находится на стадии декларации, а нормативные обязательства, определённые постановлением, фактически не выполняются.
Таким образом, несоответствие заключается не в отсутствии законодательной базы — она существует и достаточно подробна, — а в том, что представленная картина деятельности не отражает реального исполнения требований Закона и Постановления № 2127-N.
Арменфильм: юридический статус против заявлений
Отдельный блок выступления был посвящён «возобновлению деятельности киностудии “Арменфильм”» и созданию на её территории «современного кинопроизводственного кампуса». Однако фактическое и правовое положение территории студии противоречит этому тезису.
Согласно решению Правительства Республики Армения № 1323-N от 22 августа 2024 года, участок киностудии «Арменфильм» включён в зону преобладающего общественного интереса в рамках реализации проекта Академгородка. Этот статус предполагает изъятие территории у собственников и её последующее использование для государственных нужд, в данном случае — для размещения университетского кластера в составе Академгородка. Территория студии, вместе с прилегающими землями, определена как объект, подлежащий скупке в порядке общественного интереса, и будет преобразована под строительство университета искусств и других образовательных учреждений.
Дополнительное противоречие создаёт имущественный статус объекта. Согласно открытым данным, киностудия до сих пор включена в перечень имущества, подлежащего приватизации. По сведениям предоставленным Комитетом по управлению государственным имуществом КиноПресс на май 2025 года, процесс передачи территории не начат из-за отсутствия окончательной ясности по её дальнейшему правовому режиму.
Также следует учитывать контекст, связанный с историей приватизации и дальнейшей судьбой имущества студии. По данным Генеральной прокуратуры, многолетние обязательства по инвестициям в «Арменфильм» не были выполнены, государству причинён ущерб, а имущество студии подверглось хищению. Несмотря на расторжение договора и возвращение объекта в государственную собственность, студийные помещения и техника оказались в неудовлетворительном состоянии, а имущественные потери до сих пор фигурируют в материалах уголовного дела.
Закон «О кинематографии» не предусматривает механизма создания «кинопроизводственных кампусов» на территории студийных объектов, а также не возлагает на Фонд Кино Армении полномочий по управлению недвижимостью, её реконструкции или созданию производственных площадок. Функции Фонда Кино Армении ограничены тендерами, ведением кинореестра, контролем целевого использования средств и содействием созданию фильмов, но не инфраструктурными проектами такого масштаба.
Cash Rebate: закон, постановление и публичная интерпретация
Особое место в выступлении заняла программа частичного возврата расходов на кинопроизводство (cash rebate), представленная как механизм, позволяющий производителям «вернуть до 25% расходов, а также ещё 10% за продвижение Армении». Такая формулировка не соответствует действующим нормативным актам. В статье 18 Закона «О кинематографии» установлено, что возврат может составлять от 10% до 40% понесённых затрат, то есть предусматривается существенно более широкий диапазон. Вместе с тем Постановление Правительства № 412-N от 10 апреля 2025 года устанавливает иную модель: согласно пункту 5 Приложения № 2 минимальный размер возврата определяется не менее 25%, а не «до 25%».
Дополнительный возврат также регулируется иначе, чем было озвучено. В соответствии с пунктом 6 Приложения № 2 постановления, повышение возможно только для проектов, направленных на целевое продвижение Республики Армения, при этом его верхний предел составляет не более 5% для резидентов и не более 10% для нерезидентов или копродукций. Таким образом, максимальные размеры возврата, предусмотренные правительственным актом, составляют 25–30% для резидентов и 25–35% для иностранных продюсеров, что уже само по себе существенно ниже установленного законом предела в 40%.
В результате публично представленная формула — 25% + 10% — не совпадает ни с диапазоном, закреплённым законом, ни с расчётной моделью, установленной постановлением правительства. Заявленные параметры не отображают действующее нормативное регулирование и искажают содержание государственной программы частичного возврата инвестиций.
Наконец, в выступлении Фонд Кино Армении был охарактеризован как структура, обеспечивающая международную репрезентацию Армении, однако закон распределяет эти полномочия иначе. Согласно статье 8, именно уполномоченный государственный орган обеспечивает условия для развития международного сотрудничества, а фонд лишь содействует участию фильмов в мероприятиях (ст. 9, пункт 8).
Таким образом, правовой анализ показывает, что многие озвученные тезисы выступления представляют собой расширительное трактование функций фонда и создают более масштабную картину его полномочий, чем та, которая предусмотрена законом.
Это несоответствие между публичной риторикой и юридической реальностью не является оценочным суждением — оно следует из прямых норм Закона Республики Армения «О кинематографии».
Именно поэтому корректное понимание структуры управления отраслью требует сопоставления официальных заявлений с действующим законодательством: фонд выполняет важную, но строго определённую законом роль — техническую, тендерную и сервисную, а не стратегическую или политико-управленческую.
